07.03.2017 eesa

МАЛОИЗВЕСТНЫЕ ФАКТЫ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ АСТРАХАНСКИХ ЮРТОВСКИХ ТАТАР: УЧАСТИЕ В ВОЙНЕ С ПОЛЬШЕЙ ЗА ВОССОЕДИНЕНИЕ УКРАИНЫ С РОССИЕЙ В XVII В.

Authors / Autors / Автора:

Торопицын Илья Васильевич
кандидат исторических наук, доцент кафедры истории России,
Астраханский государственный университет

Постановка проблемы: Социально-политическая история тюркского населения Нижнего Поволжья в период после его присоединения к Московскому государству не привлекала особого внимания исследователей. Астраханские юртовские татары попадали в поле зрения ученых в основном в связи с изучением ими различных социальных и политических процессов в среде казачества, среди народов Поволжья и Северного Кавказа и в других регионах России [5, 8, 9]. А между тем источники свидетельствуют, что русские власти активно привлекали астраханских юртовских татар наряду с другими народами к участию в различных военных кампаниях.

Анализ последних исследований и публикаций: В историографии встречаются лишь отрывочные сведения об участии астраханских юртовских татар в войнах России. Так, в исследованиях А.Н. Мальцева и А.А. Новосельского отмечается факт привлечения астраханских татар в ряды царских войск, собранных 1654 г. для участия в войне с Польшей. По их сведениям, в северо-западную русскую армию должны были прибыть 500 астраханских татар, но, как установил А.А.. Новосельский, в мае 1654 г. в распоряжение царских воевод в Псков прибыли только 372 астраханских татарина. Ими командовали ногайский мурза Шатемир Исшере и джетисанский («едисакский») мурза Касбулат Калпулатович. Они вошли в состав полка С.Л. Стрешнева, формировавшегося в Пскове [6, с. 25; 7, с. 119].

Выделение нерешенных ранее частей общей проблемы: По сути, дальше констатации самого факта присутствия в 1654 г. астраханских юртовских татар в русском войске исследователи не пошли.

Цель статьи: Поэтому перед нами стоит задача постараться выяснить подробности участия астраханских юртовских татар в войне с Польшей.

Изложение основного материала: С этой целью нами было предпринято изучение обширного корпуса опубликованных источников, относящихся хронологически к указанному периоду времени. В результате удалось установить, что в 1654 г. в Псков прибыла лишь часть астраханских татар, мобилизованных в ряды русских войск в связи с началом войны с Польшей. Согласно дворцовым разрядам за 1654 г. в составе основной русской армии, выступившей из Москвы под командованием царя Алексея Михайловича, находились астраханские мурзы и татары. Они вошли в Государев полк. Головами у них были назначены Моисей Иванович Еропкин и Василий Никитич Панин [4, с. 417]. Эти астраханские татары прибыли в русскую армию под началом юртовского мурзы Атманая Байтерекова и табунного головы Курманака Маркашева. В пути их сопровождал стольник Василий Волынский [2, с. 236].

Не исключено, что астраханских татар могло быть еще больше в рядах русских войск, но часть из них уклонилась от службы. Как сообщал 27 апреля 1654 г. в Терскую крепость астраханский воевода князь И.П. Пронский, ему было велено выслать на царскую службу в Москву астраханских ногайских мурз и их улусных людей, но «те Нагайские мурзы, Янибек мурза с братью и с племянники, не похотя Государю служити, изменили, из-под Государевы высокие руки из-под Астрахани отошли прочь, а ведомо мне учинилось, что они пошли в Кумыки» [2, с. 204]. Этим объясняется тот факт, что вместо 500 астраханских татар в северо-западную армию к В.П. Шереметеву из Астрахани пришло только 372 человека с двумя мурзами.

Подробностей участия астраханских татар в русско-польской войне не много. Северо-западная русская армия под общим командованием В.П. Шереметева в кампании 1654 г. должна была наступать на Невель – Витебск – Полоцк. «Общее указание было дано такое, – пишет А.А. Новосельский, – запретить ратным людям «побивать» и грабить «белорусцов крестьянские веры, которые противны не будут»; если пожелают, могут служить вместе с государевыми ратными людьми» [7, с.120]. К 20 мая 1654 г. полки северо-западной армии, которыми командовали боярин В.П. Шереметев, окольничий С.Л. Стрешнев и думный дворянин Ж. Кондырев, должны были соединиться около границы Речи Посполитой для начала похода.

По прибытию в русскую армию астраханские татары получили полагавшееся им жалованье. А.А. Новосельский отмечает, что прибывшие в северо-западную армию татары первым делом потребовали подъемных денег, «чем им изо Пскова на твою государеву службу поднятца и в дорогу запасы покупитца». Командир полка С.Л. Стрешнев вынужден был взять деньги на жалованье астраханским татарам у псковского воеводы. Оба мурзы получили поденного корма по 4 и 3 алтына, а рядовым было выдано по 6 денег [7, с. 135].

Очевидно, что аналогичные суммы причитались и тем астраханским татарам, которые вошли в состав Государева полка основной русской армии, направлявшейся к Смоленску. В царской грамоте, направленной в Астрахань 9 ноября 1654 г. отмечалось, что юртовские Атманай мурза Байтереков и табунный голова Курманак Маркашев и все татары по приезде на царскую службу под Смоленск были пожалованы: царь «велел им видеть свои Государевы пресветлые очи и пожаловал их своим Государским жалованьем» [2, с. 236].

В мае армия В.П. Шереметева, насчитывавшая порядка 15 тысяч человек, выступила на Невель. Согласно сведениям А.А. Новосельского, астраханские татары вместе с сотней новгородцев из Бежецкой пятины во главе с М.В. Теглевым из полка Ж.В. Кондырева были посланы за «языками». С подходом в начале июня 1654 г. основных русских сил Невель сдался. После этого русская армия разделяется: В.П. Шереметев во главе основных сил направляется к Полоцку, а С.Л. Стрешнев со своим полком двинулся к Витебску.

Сходу взять Озерища, располагавшиеся по дороге к Витебску, С.Л. Стрешневу не удалось. Он вынужден был двинуться на город Десну и острог Друю. Первый город сдался на милость победителя, а население второго оказало сопротивление. Друю «взяли и высекли и выжгли». После этого С.Л. Стрешнев вернулся к Озерищам. 3 августа он осадил этот город и «бился с литовскими людьми» до тех пор, пока местное население не сдалось ему.

Выполняя указание от В.П. Шереметева, С.Л. Стрешнев двинуться от Озерищ на город Усвят и далее к Сурожу. 16 августа Усвят был осажден русскими силами. В течение недели здесь шли беспрестанные бои, но в итоге 23 августа местный староста и оставшиеся защитники города сдали Усвят царскому воеводе [7, с. 121, 123, 124].

Астраханские татары в составе основной русской армии шли к Смоленску через Вязьму и Дорогобуж. 28 июня армия под командованием царя Алексея Михайловича обосновалась в двух верстах от Смоленска. В работах, посвященных кампании 1654 г. в период русско-польской войны, не акцентируется внимание на действиях отдельных полков в период осады Смоленска. А.Н. Мальцев пишет, что из русской армии, собранной под Смоленском, высылались крупные отряды к Орше, Кричеву и другим городам [6, с. 42-43].

Согласно дворцовым разрядам 30 июля царь послал под Кричев воеводу П.В. Шереметева, а с ним «голов своего государева полку», в числе которых упомянуты «у Татар: Михайло Иванов сын Наумов-Дрожжа, Федор Севастьянов сын Колтовской». 1 августа под Дубровну был отправлен стольник и воевода Ф.Ф. Куракин и окольничий В.П. Львов, с которыми были направлены семь сотен «жилецких». При этом отмечено, что у татар в головах были М.И. Еропкин и В.Н. Панин. Спустя три недели воеводам Ф.Ф. Куракину и В.П. Львову приказано было из-под Дубровны возвратиться к Смоленску, «а которые жилецкие и Татарские сотни были с ним, с князем Федором, под Дубровною, и Государь указал тем сотням быть под Кричевым с стольником и воеводою с Петром Шереметевым» [4, с. 437, 439, 443]. Учитывая то, что в составе русских войск под Смоленском не было других татар, кроме астраханских, речь может идти именно о юртовских татарах.

В царской грамоте, направленной астраханским воеводам 9 ноября 1654 г. с царского стана из-под Смоленска за приписью думного дьяка Л. Лопухина, была дана высокая оценка роли астраханских юртовских татар в военных действиях под Смоленском. В ней отмечалось, что юртовские Атманай мурза Байтереков, табунный голова Курманак Маркашев и все юртовские татары «будучи на твоей Государеве службе, в полках, с твоими Государевыми бояры и воеводы и с головами, тебе Великому Государю служили, с Польскими и с Литовскими людьми бились, и полон многой, лошадей и животину и всякую рухлядь поимали» [2, с. 236].

Содержание царской грамоты свидетельствует, что астраханские юртовские татары участвовали в военных действиях в составе различных полков русской армии, осаждавшей Смоленск. А.Н. Мальцев, например, пишет, что 30 июля 1654 г. царь Алексей Михайлович направил в Могилев К. Поклонского и М. Воейкова с небольшим отрядом служилых людей, стрельцов и татар для того, чтобы уговорить могилевцев сдать город добровольно [6, с. 50]. Следовательно, центральное русское командование в период осады Смоленска ставило перед астраханскими юртовскими татарами самые разные задачи в зависимости от потребностей военной обстановки.

Подтверждением этого служат материалы, опубликованные в Актах, относящиеся к истории Южной и Западной России. Они дают нам точный список астраханских юртовских татар, направленных из лагеря под Смоленском для выполнения особого задания под началом дворянина М.П. Воейкова. Перечисляя состав служилых людей, посланных под его началом в Могилев, М.П. Воейков указывает: «Имена юртовским татаром Келимбетева табуна Рамазанова: Есенгельдей Ахыбетев. Курашева табуна Ягашева: Кикши Алангуров. Юзеева табуна Тлешева: Атагул Айрыков, Амалгул Кадыргулов, Ярсай Есенгельдеев. Курманакова табуна Маркашова: Алышай Ялмамбетев, Яныбек Куныршаев, Ештек Алабердеев, Байданы Сайдалин, Акбулат Кармышев. Темирева табуна Саломатова: Алабердей, Тарабердей, Инкожабердей. Агышеватова табуна Шихова Алакай Довлетев. Килимбутева табуна Рамазанова: Енко есаул, Исенгельдей, Абыз Анаев, Рысмамбет Исенгельдеев, Седей Акимбетев, Рысмамбет Яныбеков, Юмаш Усенгулов, Баймамбет Кунушев» [3, с. 194].

Список свидетельствует, что в состав отряда М.П. Воейкова вошли астраханские татары из разных юртовских табунов, возглавляемых табунными головами Келимбетом Ромозановым, Курашем Ягашевым, Курманаком Маркашевым, Темиром Саломатовым, Агышем Шиховым. Причем из них, как следует из царской грамоты астраханским воеводам от 9 ноября 1654 г., только табунный голова Курманак Маркашев находился в действующей армии под Смоленском.

Следовательно, астраханские юртовские татары выставляли на войну сводные отряды из жителей разных табунов, которые независимо от своей принадлежности к определенному табуну подчинялись в период участия в военных действиях тому (или тем) табунному голове, который лично выступал на войну. При этом непосредственно в ходе военной кампании из юртовцев могли формировать меньшие по численности отряды, которые придавались царским военачальникам для выполнения различных задач.

Так, 7 августа 1654 г. М.П. Воейков послал пять московских и двух астраханских стрельцов, а также десять астраханских татар и пятьдесят человек чаусовцев (пеших) за реку Проню для захвата пана М. Гижитцкого, который «сведав твоих государевых людей, убежал в Могилев, и те твои государевы люди, идучи с посылки, наехали дву человек ляхов шляхты и привели мне холопу твоему». Взятые в плен оказались людьми пана Рагуцкого [3, с. 211-212].

8 августа астраханцы в составе отряда М.П. Воейкова вместе с людьми полковника К. Поклонского и полковника В. Золотаренко участвовали в бое с шедшим из Могилева на Чаусы отрядом во главе с панами Тобияшем Ждановичем и Михаилом Гижицким (300 человек «шляхты», три «хоронги» и 10 гайдуков), которых они разбили и захватили трех пленных. «А на том, государь, бою, – писал М.П. Воейков, – твои государевы люди побили тех ляхов могилевцов человек с двести, а твоих государевых людей сохранил Бог» [3, с. 213-214].

11 августа М.П. Воейков во главе своего отряда («с стрельцами и с татары») вместе с К. Поклонским и его новоприборными людьми из числа крестьян выступил из Чаусов в поход на Могилев. В трех милях от города в селе Петровичах отряд остановился и «около обозу вал скопали». В тот же день М.П. Воейков по просьбе полковника К. Поклонского отправил под Могилев астраханских татар за «языками» [3, с. 302]. 16–17 августа в русский лагерь под Могилевым стали выезжать «на Государево имя» шляхтичи, казаки и гайдуки, которых М.П. Воейков допрашивал и приводил к присяге на верность русскому царю, после чего отсылал под конвоем в расположение основной русской армии под Смоленск [3, с. 215-216, 219].

24 августа М.П. Воейков и полковник К. Поклонский вступили в Могилев, где в соборной церкви приняли присягу у местных жителей на подданство царю Алексею Михайловичу. По мнению Л.С. Абецедарского, население Могилева перешло на сторону России после того, как в городе стало известно о разгроме литовского войска Я. Радзивила под Шепелевичами [1, с. 158]. А.Н. Мальцев считает, что присоединение Могилева к России было большим успехом русских войск. Этот город являлся одним из наиболее крупных и развитых экономических центров Белоруссии того времени и значительным политическим центром [6, с. 51].

20 сентября М.П. Воейков получил указание отпустить из-под Могилева астраханских татар и стрельцов к царю в Смоленск. 25 сентября по его указанию в Смоленск отправились 15 астраханских татар и один стрелец. При этом М.П. Воейков сообщил, что ранее отпустил с полковником К. Поклонским под город Кричев пять астраханских татар, которые вместе с отрядом К. Поклонского тоже прибудут оттуда под Смоленск. С этой отпиской был отправлен к царю астраханский татарин Деян Килимбетев [3, с. 401-402].

9 ноября 1654 г. царь Алексей Михайлович отпустил астраханских юртовских татар со своей службы в Астрахань. Юртовцам было предписано двигаться до Казани, а потом дальше. Вместе с татарами были отпущены и астраханские стрельцы. По всей видимости, царь остался доволен военной службой астраханских татар. Он приказал астраханским воеводам И.П. Пронскому, В. Волконскому и А. Иевлеву по получении данной грамоты собрать в Приказную избу всех астраханских (нагайских, едисанских и юртовских) мурз, табунных голов и «лучших людей» и объявить им, что призванные на службу под Смоленск астраханские юртовские татары хорошо зарекомендовали себя в боях с поляками и литовцами и царь «их мурзу и табунного голову и татар за ту их службу пожаловал, тот взятой многой полон, лошадей и животину и всякую рухлядь, велел отдать им», и они всю захваченную на войне добычу «продавали повольною ценою». В ответ на это царь рассчитывал, что астраханские татары с еще большей охотой захотят участвовать в русско-польской войне. Он приказал астраханским воеводам объявить тюркской знати, чтобы они весной будущего года направили на царскую службу Мамадемина мурзу Урусова и Янмамета мурзу Янаева, юртовских мурз, а также табунных голов Келимбета Ромазанова, Кудаша Ерлыгашева и Темира Саламатова, а с ними три тысячи их людей «добрых, а не наемщиков». Вместе с татарами приказано было направить пятьдесят астраханских стрельцов. Списки отправленных на службу велено было прислать в Приказ Казанского дворца. Всем татарам и стрельцам следовало двигаться в русскую армию «не мешкая нигде ни часу, чтоб им поспеть для твоей государевы службы не испустя времяни» [2, с. 236–237].

Уже 22 марта 1655 г. царь указал быть у горских «черкас» и у астраханских татар стольнику и воеводам князю Г.С. Черкасскому и М.И. Еропкину, с которыми были также письменные головы А.И. Еропкин и Н.Х. Волков [4, с. 464]. Однако каких-либо подробностей их службы в составе русских войск в продолжающейся войне с Польшей источники не приводят.

Выводы и предложения: Таким образом, документы свидетельствуют, что с началом русско-польской войны за воссоединение Украины с Россией астраханские татары были привлечены царем Алексеем Михайловичем к участию в военных действиях против Польши. Тюркские жители Нижнего Поволжья участвовали в 1654 г. в боях за Смоленск в составе полков Центральной русской армии, находившейся под командованием царя Алексея Михайловича, а также воевали на территории Белоруссии в составе полка С.Л. Стрешнева, входившего в состав Северо-западной армии В.П. Шереметева. При этом часть астраханских татар из Центральной русской армии под началом стряпчего М.П. Воейкова по указанию царя Алексея Михайловича приняла участие в миссии по склонению жителей Могилева к добровольному присоединению к России.

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках проекта проведения научных исследований «Астраханские юртовские татары в орбите внутренней и внешней политики России в XVII–XVIII вв.», проект № 14-01-00054/а.

Bibliography / Referencje / Список литературы:

1. Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия. Очерки русско-белорусских связей второй поло-вины XVI-XVII в. Под ред. З.Ю. Копысского. Мн.: Высшая школа, 1978. – 256 с.
2. Акты исторические, собранные и изданные археографическою комиссиею. Т. 4. СПб., 1842. – 592 с.
3. Акты, относящиеся к истории Южной и За-падной России, собранные и изданные Археогра-фическою комиссией: [В 15-ти т.]. СПб., 1861–1892. Т. 14: (Доп. к т. 3): [Присоединение Белорус-сии: 1654–1655]. СПб.: Тип. Ф. Елеонского и Кº, 1889. – [4], V, 18 с., 902 стб., 39 с.
4. Дворцовые разряды, по высочайшему пове-лению изданные II-м отделением собственной Его Императорского Величества канцелярии. Т. 3. СПб., 1852. – 1658 стб.
5. Куц О.А. Татары на казачьем Дону (по ма-териалам 1630-60-х гг.) // Исследования по исто-рии средневековой Руси. К 80-летию Ю.Г. Алексе-ева. М.-СПб., 2006. С. 398–414.
6. Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия в сере-дине XVII века. М.: Издательство Московского университета, 1974. – 254 с.
7. Новосельский А.А. Исследования по исто-рии эпохи феодализма (Научное наследие). М.: Наука, 1994. – 224 с.
8. Тепкеев В.Т. Калмыки в Северном Прика-спии во второй трети XVII века. Элиста, 2012 – 376 с.
9. Устюгов Н.В. Башкирское восстание 1662–1664 гг. // Исторические записки. Т. 24. 1947. С. 30–110.

Tagged: