04.04.2017 eesa

СТРУКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЮРИДИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ ИСПОЛЬЗУЕМЫХ В ПРЕПОДАВАНИИ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА

Authors / Autors / Автора:

Мартынова Наталия Анатольевна
Доцент, кандидат филологических наук, доцент кафедры иностранных и русского языков Орловского юри-дического института МВД России имени В.В. Лукьянова, г. Орёл

Постановка проблемы.

Современная лингвистика осмысливает и изучает язык как систему. Системность – один из основных принципов в языкознании к изучению языка и его уровней. Многообразие подходов к восприятию системности языка говорит о сложности, многоплановости, многоаспектности, противоречивости и вариативности самой системы языка, его уровней и единиц. Всю многоаспектность языка выражает дискурс.

Дискурс (франц. discour — речь) — в широком смысле слова представляет собой сложное единство языковой практики и экстралингвистических факторов (значимое поведение, манифестирующееся в доступных чувственному восприятию формах), необходимых для понимания текста, т.е. дающих представление об участниках коммуникации, их установках и целях, условиях производства и восприятия сообщения. Традиционно дискурс рассматривался как упорядоченное письменное, но чаще всего речевое сообщение отдельного субъекта [4].

Современных ученые рассматривают дискурс как более сложное явление. Дискурс часто отождествляют с текстом в силу отсутствия в некоторых европейских языках термина, эквивалентного фр. — англ, discours (e), и к тому же ранее в объем понятия дискурс включалась лишь языковая практика. По мере роста объема исследований в данной области значение дискурса расширилось за пределы письменной и устной речи.

Дискурс рассматривается как более сложное явление, выполняющее разные функции (ритмическую, референтную, семантическую, эмоционально-оценочную и др.), а не просто текстовая или диалогическая структура.

Юридический дискурс имеет своей целью точное описание положения дел в социальной реальности, и реализацию действий по ее изменению, что характеризует цель юридического дискурса, направленную на нормирования и регулирования этой реальности, как специфичную для данного вида дискурса. Специфика языка юридического дискурса выражается в широком использовании специализированных понятий, клише и канцеляризмов, устойчивым использованием ограниченного спектра жанрово-стилистических средств, низкой контекстуальностью и т.д.

Юридические тексты включают в себя базовые понятия юриспруденции и трактуют их содержание. Они включают в себя критерии оценки правомерности свершенных действий, описывают технологию применения права, создают информационные прецеденты, обладают ценностными характеристиками, а также воспринимаются и как репрезентированная реальность, и как социокультурный конструкт.

Анализ последних исследований и публикаций.

Юридический текст — одна из важнейших жизненных форм выражения права. Юридический документ, иной письменный носитель юридической информации имеют текстовые особенности, своеобразное языковое выражение. Несмотря на имеющиеся противоречия во взглядах ученых-лингвистов и юристов, большинство едины в том, что всякий текст имеет лексическую (языковую), логическую и грамматическую основы, определенным образом организованные с целью передачи информации. Нет сомнения, что юридические тексты независимо от их функционального назначения и прагматической роли имеют такие же основы. В зависимости от функциональной цели юридические тексты различаются определенной организацией, принципами и правилами выполнения Юридические тексты могут быть представлены в рамках двух функциональных стилей, а именно: официально-делового и научного стилей. Официально- деловой стиль называют также административным стилем или деловой речью. Следует отметить, что роль этих текстов в социуме чрезвычайно велика. Официально-деловой стиль обслуживает область официальных деловых отношений, государственной политики, а также область права. Он реализуется посредством таких видов текстов, как государственные акты, законы, указы, постановления, договоры, инструкции, уставы, официальные сообщения, деловые письма, расписки, различные виды текстов в учреждениях (справка, заявление, отчет и др.). Порождение текста, а также его функционирование прагматически ориентированы, поскольку любой текст, в том числе и юридический, создается при возникновении определенной целевой установки и функционирует в определенных коммуникативных условиях В рамках официально-делового стиля выделяют, как правило, либо два подстиля: законодательный и канцелярский, или административно- канцелярский либо три подстиля: дипломатический подстиль, документальный подстиль и обиходно деловой подстиль .При этом дипломатический подстиль представлен в таких текстах, как дипломатическая нота, заявление правительства. Документальный под-стиль репрезентируется такими видами текстов, как кодексы, различные акты, которые обслуживают официально-документальную деятельность государственных и общественных организаций, а также граждан как физических лиц. В деловой переписке между учреждениями и организациями, а также в частных деловых бумагах представлен обиходно-деловой подстиль.

Выделение нерешенных ранее частей общей проблемы.

Что касается характеристики законодательного текста, то, несомненно, он должен быть точным по своему содержанию и вместе с тем понятным. С текстами законов обращаются иначе, чем с любым другим видом текстов. Каждый закон находится в тесной связи с другими, поэтому лингвистического понятия когерентности недостаточно для описания связей в законе. Содержащиеся в законе ссылки на другие законы или же на части тек ста внутри самого закона, свидетельствуют о том, что законы являются особым типом организации информации, свойственным деятельности юриста, разработанным юристами и имеющим свою собственную текстовую форму. Что касается статуса законодательных текстов в сравнении с другими юридическими текстами, то следует заметить, что, если рассматривать законодательные тексты как тексты более высокого ранга, в частности, как точку отсчета для толкования юридических понятий, то законодательные термины могут рассматриваться как эталон в отношении языковой формы, употребления и содержания.

Несомненный интерес представляет собой исследование специфики использования в процессе организации законодательного текста терминов. Сформированная терминологическая база позволяет специалисту эффективно обмениваться информацией, и, следовательно, эффективно взаимодействовать и выполнять свои профессиональные обязанности [1].

Цель статьи.

В современных энциклопедических источниках термины (от лат. terminus– граница, предел, конец) трактуются как «слова или сочетания слов (сложные, или дескриптивные), значения которых определяются в контексте соответствующей научной теории (дисциплины) или вообще в какой-либо отрасли знания. В этом смысле часто возникающая проблема уточнения термина предполагает их определение, устранение омонимов и обязательное фиксирование универсума рассуждения».

Термины относятся к числу категорий лингвистики, но они дают наименование соответствующим понятиям, являющимся категорией логики. Между понятием и термином, как правило, возможно, наличие промежуточного звена, а именно: определения (дефиниции) понятия. Поскольку термин называет специальное понятие той или иной сферы производства, науки или искусства, юридический термин представляет собой название понятия в области юриспруденции. Специфика терминов заключается, прежде всего, в их лаконичности, точности, системной обусловленности и однозначности. Специально-юридическую терминологию нельзя ограничивать набором особо сложных юридических выражений и слов. [2]

Изложение основного материала.

В лингвистической литературе справедливо отмечается, что термины обладают консервативностью парадигматических отношений, т.е. занимают в семантической парадигме строго определенное место, будучи при этом не ограниченными в своих синтагматических связях.

Терминология – особый вид лексики, который имеет свои структурные, семантические, словообразовательные и стилистические особенности, что отличает это пласт лексических единиц от общеупотребительных слов и, таким образом, занимает особое место в лексической системе языка. Анализ семантических связей в терминологии позволяет раскрыть отношения в лексической системе сопоставляемых в работе английского и русского языков.

Роль юридических терминов в жизни общества становится всё более заметной в связи с осознанием своих прав и расширением международных отношений.

В юридической терминологии основной процент традиционно составляют узкоспециальные, однозначные термины.

Анализ особенностей формирования сложных терминологических единиц, имеющих в своем составе одно общее ядро, которые могут присоединять целые цепочки слов, показывает, что такие терминологические образования характеризуются существенной сложностью своей семантической структуры.

Семантика и синтаксис сложных терминологических единиц находятся во взаимосвязи, наличие которой и предопределяет дальнейшее развитие каждой единицы.

Наибольшее количество терминологических сочетаний составляют двухкомпонентные сочетания. Полисемантические термины встречаются также в двухкомпонентных сочетаниях, но крайне редко. Это объяснимо, так как увеличение числа компонентов, входящих в состав термина, препятствует появлению многозначности.

Процесс по созданию терминов происходит в процессе развития материальной и духовной культуры социума. «История терминологии какой-либо сферы науки, культуры, производственной деятельности — это вместе с тем повесть о закономерностях развития знаний о природе и обществе».

Терминология является основой языка науки. Анализ закономерностей и особенностей развития терминологий является первоочередной задачей терминоведения как науки, поскольку «без этого современному терминоведению грозит опасность превратиться в чисто описательную науку, фиксирующую отдельные стороны пластов специальной лексики, без обобщения результатов отдельных исследований и попыток их интерпретации, и, следовательно, неспособную дать специалистам предметникам представление о сущности терминологических явлений» [3].

Термин — средство оптимизации профессионально-научного общения и отражения результатов практической деятельности людей, что способствует развитию человеческого познания.

Термины — это словесные обозначения понятий, используемых при изложении содержания закона (иного нормативного юридического акта).

В текстах законов используются три вида терминов:

а) общеупотребляемые, т.е. термины в общепринятом, в известном всем смысле; например, «строение», «здание», «документ»;

б) специально-технические, т.е. имеющие смысл, который принят в области специальных знаний — техники, медицины, экономики, биологии, например, «депозит», «промышленное предприятие»;

в) специально-юридические, т.е. имеющие особый юридический смысл, выражающий своеобразие того или иного правового понятия; например, «залог», «владение», «перевод долга».

Специально-юридическую терминологию нельзя ограничивать набором особо сложных юридических выражений и слов. В законах и иных нормативных документах выражения и слова, которые относятся к обычным, общеупотребительным, в действительности имеют свое специфическое правовое содержание, причем в ряде случаев отличающееся от общеупотребительного.

В сущности, в каждой формулировке закона кроется своеобразный юридический смысл, усвоение которого достигается при помощи основательных профессиональных юридических знаний.

Терминологическая лексика в юридическом дискурсе определяется рядом требований:

— единство терминологии: один и тот же термин (например, «должностное лицо», «несовершеннолетний») должен употребляться в данном разделе юридического дискурса (и во всех других нормативных актах) в одном и том же смысле;

— общепризнанность термина: слова не должны быть «изобретены», придуманы законодателем только для данного закона или применяться в нем в каком-то особом смысле теми или иными разработчиками законопроекта, термины должны применяться во всех разделах юридического дискурса;

— стабильность терминов: их употребление в юридическом дискурсе должно быть устойчивым, их смысл не должен изменяться с каждым новым законом;

— доступность, при всей сложности юридической терминологии слова и выражения закона должны в целом давать правильное представление о содержании его норм при употреблении в рамках юридического дискурса.

Проводить анализ систем юридического дискурса в английском и русском языках довольно сложно, так как приходится иметь дело не столько с самими терминами, сколько с разными правовыми системами, а, следовательно, с разными юридическими дискурсами. Словарное соответствие не отражает точного представления о лексической единице, так как аналогичные термины в двух языках представляют разные понятия. Например, английский термин «prosecutor» означает «прокурор», но англоговорящий читатель представляет себе нечто иное, чем русскоговорящий читатель.

Для более четкого описания юридического дискурса необходимо проанализировать и сформировать классификацию терминов предложенного дискурса, что предполагает необходимость выбора оснований для классификации. Первое и главное основание – принадлежность термина к профессиональному или специализированному дискурсу.

Разработанная А.С. Пиголкиным классификация создана по вертикальному и горизонтальному принципам. Вертикальную классификацию начинают с терминологической лексики, закрепленной в основном законе и других законодательных актах. Речь идет об общеправовой терминологии, которая объединяет термины, используемые во всех отраслях права и обозначающая самые широкие понятия.

Горизонтальная терминология строится на межотраслевых и отраслевых принципах. Межотраслевая терминология – это термины, используемые в нескольких отраслях права («материальная ответственность», «значительный ущерб», «проступок» и т.д.). Основной объем юридических терминов приходится на межотраслевую терминологию, в то время как количество отраслевых терминов сравнительно невелико.

Отличительной чертой отраслевой терминологии является то, что она основывается на предметно-логических связях и отношениях соответствующих понятий, отражающих специфику конкретной сферы правовых отношений [4].

Д.И. Милославская делит терминологическую лексику по принципу употребимости [3]:

1) общеупотребимые;

2) общеупотребимые, имеющие в нормативном акте более узкое, специальное значение;

3) сугубо юридические;

4) технические.

В юридической литературе существует похожее деление на три вида юридических терминов:

1) общеупотребительные термины, которые используются в обыденной речи и понятны всем;

2) специально-юридические термины, которые обладают особым правовым содержанием («аккредитив», «исковое заявление» и т.п.). Такие термины служат для обозначения юридических понятий, выражения юридических конструкций, отраслевой типизации и т.д.;

3) специально-технические юридические термины, которые отражают область специальных знаний, например, правила техники безопасности, техническое обслуживание оборудования, проведение экспертизы технических решений и т.п.

Знание классификации юридической терминологической лексики помогает правильно подобрать грамотный эквивалент перевода, подходящий для данного подраздела юридического дискурса.

Русскоязычная юридическая терминология структурно делится на:

  1. единичные слова;
  2. предложные конструкции, сочинительные конструкции и, в том числе, транслитерированные варианты англоязычных терминов – словосочетаний.

Сопоставительный компонентный анализ значений терминов административного права позволил выявить следующие межъязыковые корреляции:

При рассмотрении компонентов терминов можно выделить полные эквиваленты. К ним относятся:

  1. простые слова-термины – эквиваленты или полные соответствия: конфискация — confiscation;
  2. производные и сложные слова – эквиваленты: lawfully – законно.
  3. терминосочетания: административное производство — administrative proceedings.

Также можно выделить частичные эквиваленты. К частичным эквивалентам можно отнести многозначные слова, которые совпадают в одном из своих нескольких значений, например: жалоба – complaint.

Неполными эквивалентами являются термины, между которыми можно отметить отсутствие либо структурного, либо семантического, либо структурно-семантического тождества, например: юридическая ошибка – ignorance of law.

При несовпадении правовых систем могут встречаться безэквивалентные термины. К безэквивалентным терминоединицам относятся такие, которые обозначают реалии, отсутствующие в юридическом дискурсе другой страны.

Неполная семантическая эквивалентность и безэквивалентность терминов в рассматриваемой сфере вызывается следующими причинами:

— различиями в сочетаемости компонентов аналитических номинаций, например: каузальная сделка – contract with consideration.

— использованием в сравниваемых языках разных типов номинаций для обозначения одного понятия: доверенность – a power of attorney, assignment – уступка требования.

— отсутствием соответствующей реалии в одном из сравниваемых языков, например: writ of assistance – исполнительный судебный приказ о вводе во владение.

В процессе словообразования терминологической лексики юридического дискурса действуют две противоположные тенденции. Тенденция к увеличению длины словосочетаний вызывается стремлением к точности выражения понятия. Тенденция к экономии языковых средств проявляется в создании новых терминов-слов.

Передача русскоязычных терминов, не являющихся полными эквивалентами предполагает варьирование структуры терминологических единиц (слово в исходном языке может передаваться словосочетанием в языке перевода и наоборот). Однако четких правил для такого рода ситуаций пока не разработано. Так как, несмотря на однозначность термина, что является его главной характеристикой, терминологическая единица может иметь несколько дефиниций.

Анализ структурных особенностей терминологической лексики из оригинальных источников, представленных аутентичными специализированными текстами, помог выявить основные словообразовательные конструкции. Самые часто употребляемые суффиксы представлены в порядке убывания частоты употребления:

  • tion (adaptation, apperception, attribution, audition, compensation, deindividuation, preconception, discrimination, interrogation, negotiation, mediation, incarceration, restitution, interrogation, confession);
  • ty – penalty, affectivity, adaptability, acuity, ability, disparity, discriminability, conformity, propensity, proximity, security, sensibility, sensitivity);
  • er/or/ar — prisoner, mugger, offender, burglar, murderer, hijacker, forger, robber, killer, receptor;
  • ment — adjustment, annulment, punishment, reinforcement,
  • ing malingering, sentencing, rating, recoding, remembering;
  • ism — recidivism, voyeurism, neuroticism and psychoticism, fetishism, exhibitionism,
  • ence/-ance — jurisprudence, avoidance, ascendance, avoidance, deterrence, reminiscence, ambivalence, deference, reminiscence,
  • ee — arrestee, testee,
  • ics — dynamics.

При префиксальном способе образования терминологической лексики наиболее активно используются:

1) префиксы с отрицательным значением:

  • de- destructive, detachment, depersonalization;
  • dis- disability, discovery, disinhibition, disorder, displacement,
  • non- conformity nonconformity, un- unlearned, unconditional);
  • in- insanity, insomnia, incapacity;

2) префиксы обозначающие повтор или возвратность процесса: re- recoding, recall, reinforcement, reaction;

3) префиксы характеризующие степень действия: hypo/ hyper — hypo-chondriasis hypersomnia;

4) префиксы, характеризующие процессуальную очередность: pre — predisposition, pre-sentencing, premature;

5) префиксы обозначающие дальнейшее деление: sub — submission;

6) придающие сниженную оценку under- underachievement.

Наиболее продуктивным способом терминообразования среди многокомпонентных словосочетаний, представленных в материале, является образование двухкомпонентных и трехкомпонентных терминологических словосочетаний. Наиболее распространенными структурными моделями двухкомпонентных терминов являются:

  • A+N: abnormal behavior, adaptive behavior, adequate stimulus, therapeutic jurisprudence;
  • N+N: abasement need, activity drive, affiliation need, aggression need, armchair psychology, submission scale, behavior modification, juvenile recidivism, juvenile crime rehabilitation plan;
  • Ved+N: conditioned stimulus, conditioned response, delayed response, stereotyped behavior, fabricated experiments;
  • Ving+N: consulting psychologist, coping behavior, conditioning intellect, orienting reflex, sleepwalking disorder, aggravating / mitigating circumstances.

Наиболее распространенными структурными моделями трехкомпонентных терминов являются:

  • A+N+N: antisocial personality disorder, narcissistic personality disorder mental health care, emotional intelligence skills, civil commitment evaluations;
  • A+A+N: major depressive disorder, brief psychotic disorder, intermittent explosive disorder; oppositional defiant disorder;
  • N+N+N: juvenile justice center, violence risk assessment, borderline personality disorder, attorney personality profile;
  • N+A +N: response antisocial personality, body dysmorphic disorder
  • Ving+N+N: learning discrimination reaction, sentencing mitigation evaluations;
  • Ved+N+ N: battered person syndrome;
  • Ved+N+N: generalized anxiety disorder;
  • A+ N +Ving: judicial decision making;
  • Ved+ A+ N: shared psychotic disorder.

Термины, имеющие в своем составе четыре и более значимых компонента, используются в сфере юридической психологии достаточно редко: memory enhancing techniques for investigative interviewing.

В результате исследования было установлено, что наиболее продуктивными способами образования английских терминов юридической психологии являются морфологический и синтаксический. Кроме аффиксации, морфологическое словообразование представлено аббревиатурными и композитными вариантами.

Аббревиатурные варианты широко представлены акронимами терминологических единиц: PTSD (posttraumatic stress disorder), SAD (seasonal affective disorder), PTSD (post-traumatic stress disorder).

Композитные варианты образуются сложением слов или основ многокомпонентного термина: housebreaking, shipjacker, lawbreaker.

Среди синтаксического словообразования выделяются графические варианты: common-sense, field-independent psychology, baby-batterer, ram-raider, equity-law distinction, law-related education, equity-law distinction.

Выводы и предложения.

Таким образом, выделены такие структурные типы терминов: простые термины, сложные термины и терминологические сочетания. Проанализировав простые термины с точки зрения аффиксального способа образования, можно сделать вывод, что самыми продуктивными суффиксами являются — tion, -ty — er/or/ar, и префиксами — re-, de-, dis. Кроме аффиксации словосложение как разновидность морфологического способа также является продуктивным в образовании терминов юридической психологии. Анализ структурных характеристик термин свидетельствует о тенденции образования терминов с более чем одной основой. Среди двухкомпонентных терминологических сочетаний наиболее продуктивными являются A+N и N+N, среди трехкомпонентных — A+N+N, A+A+N и N+N+N. В сфере образования терминологических единиц продуктивным также является синтаксическое словообразование, широко представленное графическим вариантом.

Изучение структуры и употребления терминов в области административного права, позволяет вывести основные закономерности и способы образования. Знание формул и вариантов создания терминов и терминологических образований помогает понять суть явлений, возникающих при взаимодействии с иностранными юридическими системами, и пояснить значение реалий, характерных для юридических систем других стран, и отсутствующих в нашей системе законов.

Сформированная терминологическая база в правовой сфере позволяет специалисту эффективно обмениваться профессионально значимой информацией, и, следовательно, эффективно взаимодействовать и выполнять свои профессиональные обязанности. Навык эффективного общения и составляет суть коммуникативной компетенции, на формирование которой направлено преподавание иностранного языка в образовательных организациях МВД России.

Таким образом, формирование иноязычной коммуникативной компетенции – одна из основных целей обучения иностранному языку в образовательных организациях МВД России, которая является средством достижения другой, общей цели – развития профессиональной компетентности обучающегося. Иноязычная коммуникативная деятельность способствует формированию у обучаемых профессиональной коммуникативной компетентности и обеспечивает в дальнейшем их успешную профессиональную деятельность, обогащаясь за счет соответствующих знаний, умений и навыков в процессе учебно-профессиональной деятельности.

Иноязычную профессиональную коммуникативную компетенцию следует рассматривать как ресурсное качество, которое выступает в качестве основы для формирования профессионально-компетентного специалиста и, следовательно, должно учитываться при конструировании образовательных программ нового поколения.

Bibliography / Referencje / Список литературы:

1. Мартынова, Н.А. Роль терминологической лек-сики в формировании коммуникативной компетенции специалиста [Текст]: Н.А. Мартынова// Общество и человек. – 2014. – № 1 (7). – С. 67-72.
2. Мартынова Н.А. Терминология как конститу-тивный элемент научного текста: сопоставительный анализ англоязычного и русскоязычного юридическо-го дискурсов [Текст]: Н.А. Мартынова //В сборнике: Жанры и типы текста в научном и медийном дискурсе межвузовский сборник научных трудов ответствен-ный редактор Пастухов Александр Гавриилович. Орел, 2014. С. 158-167.
3. Милославская Д. И. Юридические термины и их интерпретация [Электронный ресурс] // Ростовская электронная газета. 1999. N 21. – URL: http://www.relga.rsu.ru/n27/rus27 1.htm
4. Теория государства и права: учебник / А. С. Пиголкин,А. Н. Головистикова, Ю. А. Дмитриев; под ред. А. С. Пиголкина, Ю. А. Дмитриева. — 2 -е изд., перераб. и доп. — М. : Издательство Юрайт, 2011. — 743 с. — Серия : Основы наук. ISBN 978 -5 -9916 -1158

Tagged: