КОРРУПЦИЯ И РОССИЙСКАЯ МЕНТАЛЬНОСТЬ

Romanova K.S.

candidate of philosophy,

associate Professor, senior researcher

Department of Philosophy

Russian Academy of Sciences

Institute of philosophy and law

Ural branch of RAS

Ekaterinburg romkira@yandex.ru

Кира Степановна Романова

кандидат философских наук,

доцент, старший научный сотрудник

отдела философии Учреждения

Российской академии наук

Института философии и права

Уральского отделения РАН

г. Екатеринбург romkira@yandex.ru

CORRUPTION AND THE RUSSIAN MENTALITY

Abstract: the Author of the article shows that the problem of corruption has a pronounced historical, as well as mental, and socio — cultural components, Corruption behavior is not so much determined by external circumstances, as it depends on internal determinants: the complex of certain qualities of the individual, its attitudes, value orientations, and moral and legal norms of behavior regulation. Corruption is a natural consequence of social inequality, spiritual and moral degradation of society, its General criminalization. The transition period in the formation of a market society, where everything is bought and sold, capital is, if not the main, then the determining value. In society there was a shift from criminal lawlessness 90-ies to mass legal nihilism, to the erosion of moral norms, disappeared in the mass consciousness of the value concepts of honor and dignity.

Key words: corruption, corruption consciousness. forms of corruption behavior, «market» personality, class state, mentality, moral values

КОРРУПЦИЯ И РОССИЙСКАЯ МЕНТАЛЬНОСТЬ

Аннотация: Автор в статье показывает, что проблема коррупции имеет ярко выраженные исторические, а также ментальные, и социокультурные составляющие, Коррупционное поведение не столько детерминируется внешними обстоятельствами, сколько зависит от внутренних детерминант: комплекса определенных качеств личности, ее установок, ценностных ориентаций, и морально- правовых норм регуляции поведения. Коррупция выступает закономерным следствием социального неравенства, духовно- нравственной деградации общества, его общей криминализации. Переходный период формирования рыночного общества, где всё продается и покупается, капитал выступает если не главной, то определяющей ценностью. В обществе произошел сдвиг от криминального беспредела 90-х годов к массовому правовому нигилизму, к размыванию нравственных норм, исчезли в массовом сознании ценностные понятия чести и достоинства.

Ключевые слова: коррупция, коррупционное сознание. формы коррупционного поведение, «рыночная» личность, сословное государство, ментальность, нравственные ценности

Постановка проблемы:

Часто коррупцию воспринимают только как российскую традицию, хотя на самом деле она имеет всемирный характер. История коррупции также стара как истории человеческой цивилизации, где бы она ни творилась в Америке, Африке, Европе или в Азии. История возникновения коррупции уходит глубоко корнями в далекую древность. Интересно, что историки не могут назвать точной даты возникновения коррупции, однако однозначно уверены, что она была постоянным спутником человечества и развивалась вместе с ним. — Более того, о ее наличии и различном отношении к ней говорят многие авторы, представители самых разных исторических времен.

Соответственно проявления коррупции обнаруживаются как в государствах с тоталитарным, так и демократическим режимом, в экономически и политически слаборазвитых странах и супердержавах. В принципе нет таких стран, которые могли бы претендовать на исключительное целомудрие. Поэтому можно смело проводить параллель между историей коррупции в России и тем же процессом в других странах.

Однако только со времен Средневековья понятие «коррупция» приобретает институциональное ( церковное), каноническое значение — как «порча»» как дьявольский соблазн, означающий бренность человека, подверженность разрушению, Коррупция в богословии католицизма стала проявлением греховности. После первородного грехопадения коррумпированной, то есть растленной и греховной, оказалась природа, в которой рождаются и живут люди. Наследственная греховная порча обычно рассматривалась как первопричина всех грехов (Блаженный Августин, Фома Аквинский).

Анализ современных исследований:

Многие современные историки считают коррупцию настоящим культурным феноменом человечества, а потому не видят смысла во всех мерах по борьбе с нею. Эти идеи опираются на теорию М. Вебера, который сделал неоценимый вклад в формирование философского инструментария изучения многих социальных явлений и в том числе — коррупции. С точки зрения М. Вебера феномен коррупции изучается постольку, поскольку он задевает наши культурные интересы, и наш познавательный импульс ориентирован на этот сектор реальности. Также Вебер сделал вывод о функциональности и приемлемости коррупции при условии, что она усиливает позицию элит, гарантирующих ускорение происходящих в обществе изменений [Вебер 1990]. Согласно воззрениям сторонников такого подхода. коррупция выполняет свои политические и экономические функции. Таким образом, помимо, констатации функциональности коррупции, данные исследователи, выделяют ее конструктивные функции.

Современное научное представление о коррупции сформировалось в XX веке, когда постепенно происходит изменение отношения к справедливости, подотчетности и использованию богатства, власти. Нынешняя точка зрения, гласящая, что коррупция вредит развитию, еще несколько десятилетий назад не считалась очевидной. В 1960-е и 1970-е годы широко обсуждалась тема коррупции в странах третьего мира, но к единому мнению о том, как она влияет на развитие, так и не удалось прийти. Ряд ученых, не без влияния трудов М. Вебера, считали, что коррупция может быть полезна для развития общества.

История возникновения и развития коррупции в России имеет свои особенности. К сожалению, Россия в смысле наличия коррупционных отношений не была и не является исключением из общего правила. Их формирование и развитие также имеет многовековую историю. Казалось бы, уже в древности выдающиеся мыслители понимали правильные пути развития государственности и власти, исключающие злоупотребления ими в любой форме. Еще Аристотель в знаменитом труде «Политика» говорил: «Самое главное при всяком государственном строе — это посредством законов и остального распорядка устроить дело так, чтобы должностным лицам невозможно было наживаться». И далее: «Величайшие преступления совершаются из-за стремления к избытку, а не к предметам первой необходимости…» [Аристотель 2016: 198]. Однако организация управленческо-бюрократической системы в России была организована вопреки этому посылу.

Цель статьи: анализ особенности коррупции в российской ментальности.

Первая форма подношений чиновникам связана с расходом на само ведение и оформление дел. Доходы чиновников в виде оплаты на ведение и оформление дел учитывались при определении им жалования: если в приказе было много дел, с которых можно было «кормиться», то им платили меньше жалования. То есть практика «кормления от дел» была частью государственной системы содержания чиновничества в XVII в.

Другой формой подношений были, так называемые «посулы». В частности, одно из первых письменных упоминаний о «посулах» как незаконном вознаграждении княжеским наместникам относится еще к концу XIV века. «Посулы» как форма коррупции — это плата за благоприятное решение дел, за совершение незаконных деяний. Чаще всего «посулы» выражались в переплатах за услуги, за ведение и оформление дел, и поэтому граница между двумя формами коррупции была размытой и едва различимой [Седов 1998: 208]. Соответствующая норма была закреплена в так называемой Двинской уставной грамоте (Уставная грамота Василия) [Российское законодательства… 1995: 181], а позже уточнена в новой редакции Псковской Судной грамоты. Можно предположить, что эти источники лишь констатировали наличие подобных деяний, которые явно имели место намного раньше своего официального нормативного закрепления. Так же в истории развития обычаев, которые формировали социально-психологические особенности отношений между народными массами и власть имущими, имели место и другие формы, к примеру, «почести». Уважительное значение «почести» проявляется и в русском обычае одаривать уважаемого человека, и в особенности, высокое начальство, хлебом-солью. Но уже в XVII в. «почесть» все больше приобретала значение разрешенной взятки. И, конечно, мздоимство в России расцвело на почве широкой практики подношений «почести» чиновникам. [Седов 2001: 208]. В Древней Руси митрополит Кирилл осуждал «мздоимство» наряду чародейством и пьянством. Мздоимство упоминается в русских летописях XIII в. Первое законодательное ограничение коррупционных действий принадлежит Ивану III. А его внук Иван Грозный впервые ввел смертную казнь в качестве наказания за чрезмерность во взятках [Гладких 2001: 31]. В Российском уложении «О наказаниях уголовных и исправительных» 1845г. (в редакции 1885г., действовавшее в России до октября 1917г.) так же различался состав получения взятки — мздоимства и лихоимства.

Исторически подобные отношения отражающие практику взаимодействия властных структур и народных масс не только формировали культуру отношений, но общественное сознание, ментальность. Ментальность, если отталкиваться от уже принятых в научном употреблении понятий это «…социально — психологические установки, способы восприятия, манера чувствовать и думать» [Гуревич: 1989 с.50]. Ментальность — это нечто общее, лежащее в основе сознательного и бессознательного, логического и эмоционального, то есть глубинный и потому трудно рефлексируемый источник сознания и его составляющих, таких как идеология, правосознание, нравственность, вера, а также чувств и эмоций. Ментальность это духовное проявление самобытности мироощущения, миропереживания и мироотношения сообщества и индивида через «архетипы бессознательного»[ К. Г. Юнг] Архетипы в повседневном поведении объективируются в определенные стереотипы и нормы.

Как отмечает Н. В. Сюзева : « …можно предположить, что отношение к коррупции как норме и обыденному явлению, которое существует повсеместно и бороться с которым бессмысленно, является национальным стереотипом русского народа». И далее: «Следовательно, стереотип в контексте национальной культуры представляет собой определенную особенность сознания представителей той или иной этнической группы, стандарт и норму поведения, которые, в свою очередь, влияют на формирование национального характера». [Сюзева. 2014]

Способ духовного самовыражения, а значит и его ментальности, является язык и все что связано с ним. В русской культуре, на уровне обыденного сознания проблема коррупции нашла отражение в устном народном творчестве. Это легко проиллюстрировать пословицами и поговорками, которые представляют собой сгустки народной мудрости, выражающие истину, проверенную опытом многовековой истории народа, многих поколений. В.И.Даль говорил о пословицах русского народа, что это сплав «народной опытной премудрости и суемудрия» «стонов и вздохов» «плача и рыданий» «горя и утешения». Он характеризовал пословицы как «житейскую народную правду». [Даль В.И., 1879.] Они помогают понять историю явления коррупции и отношения к нему в народе. Например: «законы святы, да законники супостаты»; «казна на поживу дана»; « не ходи к воеводе с одним носом, ходи к нему с приносом»; «не подмажешь — не поедешь»; «когда деньги говорят, тогда совесть молчит», и др. Кстати, сопротивляющееся коррупции сознание также находит отражение в пословицах и поговорках. Например, в таких: «Вору потакать — что самому воровать»; «Лучше бедность да честность, нежели прибыль, да стыд»; «Лишнее не бери, карман не дери, души не губи», и др.

Таким образом, человек, который даже еще не сталкивался с проявлением коррупции в реальной жизни, уже имеет к ней вполне определенное отношение лояльности и даже внутренней готовности (установка) под влиянием его культурного окружения, в том числе коррупционной направленности сознания.

Закономерным этапом взросления нашей цивилизации является государственность. Но этот важный процесс всегда сопровождается появлением чиновников, которые представляют собой своеобразную социальную прослойку между элитой и простым народом. Известный русский писатель, философ и общественный деятель А.И. Герцен отмечал, что: «государство расположилось в России, как оккупационная армия». Он говорил о том, что мы не ощущаем государство частью себя, частью общества, государство и общество ведут войну [Герцен 1956: 153].

При этом в их руках сосредотачивается порой неограниченная власть, а значит, они получают возможность обогащаться за счет своего выгодного положения. Как их победить, если они нами управляют? В свое время Н. Макиавелли дал одно из самых коротких и емких определений коррупции. Коррупцию Макиавелли определял как «использование публичных возможностей в частных интересах» [Макиавелли 1954: 286].

Характерно, что многие его воззрения на эту проблему весьма актуальны и сегодня. Психологически для многих людей такое отношение к государству сохраняется в их ментальности до сих пор. Чиновники всех уровней образуют отдельное сословие государственных людей, противопоставленных остальному населению, которое имеет определенные социальные преимущества и материальные гарантии.

Справедливости ради следует отметить, что в так называемых тоталитарных государствах коррупция все-таки сведена к относительной минимальности. Надо отметить, что в истории России был период советской власти, когда взяточничество считалось одним из опаснейших пережитков прошлого. Так В.И. Ленин требовал для борьбы с ним самых суровых, подчас «варварских», по его выражению, мер борьбы. В письме члену коллегии Наркомюста Курскому он требовал: «Необходимо тотчас, с демонстративной быстротой внести законопроект, что наказания за взятку (лихоимство, подкуп, сводка для взятки, и прочее и тому подобное) должны быть не ниже десяти лет тюрьмы и, сверх того, десяти лет принудительных работ» [цит. по: Каратуев 1993:]. Суровость мер в борьбе с взяточничеством объяснялась тем, что большевиками оно рассматривалось не только как позорный и отвратительный пережиток старого общества, но и как попытка эксплуататорских классов подорвать основы нового строя, являясь угрозой развращения и разрушения аппарата рабочего государства [Каратуев 1993].

В советское время идеология обеспечивала единую систему воспитания, образования и пропаганды. С раннего детства, первых шагов социализации, людям прививались идеи социальной справедливости, патриотизма. Прививались ценности морального кодекса строителя созидаемого нового коммунистического общества. К ним в первую очередь относились: добросовестный труд на благо общества, нетерпимость к нарушению общественных интересов, непримиримость к нечестности, стяжательству. Государственные и общественные институты активно и целенапрвленно участвовали в воспитании молодого поколения. Коммунистическая идеология, направленная на активность и созидательность строителей нового общества, также предполагала наличие партийного, профсоюзного, государственного контроля, результаты которого отражались в средствах массовой информации, в сатирических журналах, кинофильмах и т.д.

Следует отметить, что в советское время ментальные предпосылки к обогащению «на халяву», а не через создание материальных ценностей, проявлялись в другом социальном явлении, которое получило название «несуны». Это явление также нашло отражение в народном фольклоре: «На заводе ты не гость, унеси домой хоть гвоздь! »; «Стыд не дым, глаза не ест» и др.

Надо отметить, что хотя советский период российской истории также имеет факты коррупции и взяточничества, но даже самые скандальные советские дела, например, «азербайджанское», «икорное» или дело фирмы «Океан», по масштабам и близко не стоят рядом с современными коррупционными практиками, причем довольно обыденными. В этот исторический период коррупция проявлялась скорее в кумовстве, в «блате», существующих на принципах: «Ты — мне, я — тебе». То есть, использовался скорее третий вид капитала — «социальный» (П. Бурдье), который определялся происхождением и связями. Сдерживающим фактором развития коррупции выступал страх, и не столько тюрьмы, хотя этот фактор, естественно, присутствовал, сколько общественного и семейного порицания, ведь страх потерять почётное рабочее место, а так же подставить под удар всю семью был непреодолим для большинства партийных работников и государственных служащих. Сдерживающим фактором коррупционного поведения также являлись идеология и мораль, которые в тот исторический период имели достаточно высокий воспитательный потенциал, формирующий не только идеал, но и практику относительного равенства и справедливости. Коррупционное поведение не столько детерминируется внешними обстоятельствами, сколько зависит от внутренних детерминант: комплекса определенных качеств личности, ее установок, ценностных ориентаций, и морально-нравственных норм регуляции поведения. Наличие в обществе идеала всесторонне развитой личности уважительное отношение к человеку труда, о чем свидетельствовали всякие почетные звания по профессии: «заслуженный шахтер», заслуженный нефтяник», «герой социалистического труда» и т.д. способствовали выработке социально ответственного поведения.

Одним из вызовов в постсоветской России является масштаб и динамика коррупции, которая отражает ее направленность от отдельно взятых индивидов до коррупционных преступных сообществ. Коррупция — чрезвычайно многостороннее явление и проявляется в политическом, социально — экономическом, правовом и криминологическом аспектах. Характерная черта современной коррупции в том, помимо государственной и муниципальной службы она проявляется в других сферах жизни. Не является секретом, что сегодня коррумпированные отношения выступают связующим звеном между государственными органами и криминальными группировками, в том числе и организованными. Весьма характерно, что еще на рубеже 1990-х годов эта тенденция просматривалась уже достаточно отчетливо, а коррумпированные связи криминальных кругов с государственными чиновниками разных уровней в этот период в значительной степени предрешили последующее активное формирование и развитие в России организованной преступности. По оценкам экспертов, от одной трети до половины доходов, полученных в результате преступной деятельности, сегодня в России тратятся на создание и укрепление позиции организаторов и активных участников преступных сообществ в органах законодательной и исполнительной власти, судебной и правоохранительной системы [Пашута 2017]. Немаловажное значение имеет целевой негативный отбор кадров, при котором чиновники отбираются не по принципу успешности, а по принципу личной преданности, удобства для власти, руководствуясь внутри элитным обменом.

Как полагают многие аналитики, предпосылками коррупции выступают также централизация и многоуровневый характер управлении, избыток преференций правящему классу и господство материальных ценностей в социальном пространстве. Особое значение имеет подготовка кадров для государственной службы. Уже в момент выбора ВУЗа, готовящего госслужащих, абитуриенты думают о доступе к властным ресурсам, о престиже и привилегиях которые закреплены юридически. Согласно Указу Президента РФ №2267 от 22.12 1993 г федеральные госслужащие (чиновники) обособляются в особую социальную группу с льготной системой финансового, медицинского, бытового, пенсионного и иного обеспечения. Абитуриенты, выбравшие будущую деятельность в качестве госслужащего, в своем большинстве обладают определенным социально — психологическим типом характера, где завуалировнная корысть занимает не последнее место. В связи с этим, при подготовке специалиста очень важен анализ мотивации выбора профессии, которая, в конечном счете, определяет установку на учебу, а затем и на деятельность. [Романова, 2004 ]

Социально — экономическое расслоение, пестрота, неоднородность нашего общества, отражающая как общее прошлое, так и степень адаптивности к новым историческим условиям, перестает быть общим свойством, становится персональным и разделяющим. Так порядочность как свойство личности утрачивает свое социальное массовидное явление, становится персональным индивидуальным качеством. Критическое мышление становится аморфным, готовым принять что угодно. Как отмечают некоторые авторы, «достаточно очевидно проявляется и социально-психологические особенности нашей культуры, создающей благоприятную среду для коррупции. Она состоит в приоритете неформальных социальных отношений над формальными отношениями, «не уставных» над «уставными», очень характерном для современной России. «Нашей российской, как и другим культурам, — пишут А.Л. Журавлев и А.В. Юревич, — не изжившим элементы патриархальности, свойственны клановость, семейственность, кумовщина, телефонное право, «теневые» способы решения проблем, в том числе и властными структурами, всевозможные «серые кардиналы», «банановый» механизм приближения к власти. Они создают психологическую среду, в которую коррупция вписывается очень органично» [Журавлев, Юревич 2013]

Ментальность как социальный феномен жизни, вобравший в себя все своеобразие и уникальность культуры народа, с необходимостью проявляет себя не только в духовной, а в любой другой сфере как общественных отношений: экономических, политических, правовых, нравственных и т.д., так и в частной жизни и семье.

«Ценности» двойной морали уже сформированы в подрастающих элитах российского общества и естественным образом ретранслируются на идущее во взрослую жизнь поколение, выросшее в эпоху коренных социальных изменений. Как отмечает политолог Н. Миронов: «…Новые времена требуют новых «строителей будущего». И современный режим их формирует, лепя по своему образу и подобию. Идеологические «ценности страны становятся и основой для формирования личностей. …Выросшая золотая молодежь, которая скоро придет (и уже приходит) к основным рычагам управления, изначально развращена, коррумпирована, с презрением относится к народу и совершенно не настроена на создание. Она никогда не знала иной социальной системы, кроме нынешней, и никогда не видела другой морали, кроме «морали» кастового общества, построенного по клановому (мафиозному) принципу. … Клановость формирует особую модель карьеризма, альфа и омега которой — абсолютная верность своему клану и умение рвать глотки конкурентам. И все это на фоне разглагольствования о социальности, народности, патриотизме…» [Миронов 2016].

Об этой социально психологической особенности богатых писал Т. Гоббс еще несколько веков назад в своем знаменитом «Левиафане»: «Люди, кичащиеся своим богатством, смело совершают преступления в надежде, что им удастся избежать наказания путем коррумпирования государственной юстиции или получить прощение за деньги или другие формы вознаграждения» [Гоббс 1988].

Классовость и кастовость в России оказывают влияние на формирование ценностей простого народа. Для тех, кто не принимает эту «мораль», закрыты высокие социальные статусы. Чтобы сделать карьеру, нужно соглашаться с двойными этическими стандартами, признавать привилегированное положение элиты, не требовать для себя равных с ней прав. Отсюда формирование еще одной «ценности» современной России — конформизм и лояльность.

Поиск универсальных ценностей, могущих преодолевать клановую мораль и коррупционное поведение приводит некоторых ученых к возвышению роли религиозного сознания. Так Л.Г.Фишман отмечает: «…последним средством нередко представляется крепкая, не формальная религиозная вера, ведущая к нравственному перерождению человека. Ее воздействие заключается в том, что она вызывает индивида из сферы потенциально коррупциогенных социальных связей, побуждая заботиться скорее не о благе своих ближних, а о спасении своей души. Поэтому не удивительны упования некоторых высших чиновников российского государства на православие как лекарство от коррупции. Однако не следует возлагать на православие слишком больших надежд. Сведение проблемы коррупции к наследию атеистического воспитания как минимум не учитывает опыта дореволюционной России, где религиозное воспитание коррупции не препятствовало» [Фишман 2014].

Коррупцию в народе часто называют болезнью грязных рук, но справедливее было бы говорить о «болезни» совести. Не случайно многие чиновники, замеченные в коррупционном поведении, с большой активностью строят часовни, храмы, жертвуют деньги церкви, таким образом, пытаясь покаяться в грехах.

Верхушечная коррупция охватывает политиков, высшее и среднее чиновничество и сопряжена с принятием решений, имеющих высокую цену (формулировки законов, госзаказы, реформация социальных институтов, изменение форм собственности и т.п.). Низовая коррупция распространена на среднем и низшем уровнях, и связана с постоянным рутинным взаимодействием чиновников и граждан (штрафы, вымогательство и т.п.) Часто обе заинтересованные в коррупционной сделке принадлежат к одной государственной структуре. Взятка чиновника своему начальнику выступает в качестве связующего звена между верхушечной и низовой коррупцией. Это особенно опасно, поскольку свидетельствует о переходе коррупции из стадии разрозненных актов в стадию организованных форм, создающих системность.

Современная правовая политика России в сфере борьбы с коррупцией ориентируется, прежде всего, не на карательную (в приоритете уголовную), а на профилактическую модель развития. Более того, многие даже возбужденные уголовные дела с причиненным многомиллионным или даже миллиардным вредом в суде лихо разваливаются. Преступные личности, участвующие в этих процессах, и не законно оправданные, становятся героями анекдотов и других форм народного сатирического творчества. Только в том обществе, где правосудие охраняет равенство, закон делает людей равными, Ибо правосудие — душа закона (Цицирон). Нарушение законов на всех уровнях их действия ослабевает властные полномочия государства, разрушает государственность. Коррупция снижает способность государственной власти эффективно решать социальные проблемы.

В переходный период от одной исторической формации к другой, основанной на капиталистическом способе производства, в котором все социальные ценности, так или иначе, подчиняются одной главенствующей — капиталу, адаптивность, приспособляемость к новым социальным условиям легче всего происходит через освоение негативной практики, освоения пороков. Интенсивно увеличивается и закрепляется имущественное расслоение людей, растет социальная напряженность в обществе. Происходит смещение целей государственной политики от общего национального развития к обеспечению отдельных олигархических или криминальных группировок, должностные лица рассматривают свою службу как продолжение рынка, а демократию понимают как свободу преобразования нормального рынка в рынок коррупционных услуг. В настоящее время также актуально высказывание Ш. Монтескье: «…известно уже по опыту веков, что всякий человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею, и он идет в этом направлении, пока не достигнет положенного ему предела» [Монтескье 1995: 321].

Выводы:

Если в обществе разрушены нравственные критерии, то его жизнь определяют Сила и Деньги. И тогда никакой борьбы с криминалом, никакой борьбы с коррупцией не получится. Люди должны не воровать, не убивать и не брать взятки не потому, что в государстве строгие законы, а потому, что нравственные чувства человека не позволяют этого делать. Совесть как внутренний регулятор добра и зла должна формироваться в процессе развития человека с момента его рождения, воспитания в семье и в условиях дальнейшей социализации под воздействием социальных институтов, которые выполняют образовательные, воспитательные и просветительные функции. Это возможно лишь в том случае, когда в обществе есть объединяющая идеология, в которой не последнее место по значимости и ценности занимает человек. Но в условиях такой социальной неоднородности говорить о единой идеологии весьма проблематично.

Коррупция становится предметом исследований не только юристов, криминологов и экономистов, но и философов, поскольку социальная философия имеет собственный, отличный от других дисциплин, научный инструментарий для анализа феномена коррупции. Однако, без идеологических установок: гражданственности, патриотизма, нравственности — формировать антикоррупционное мировоззрение проблематично.

Неоднозначные изменения социальной, экономической и политической ситуации в России вынесли на повестку дня проблему коррупции. Для научного сообщества осмысление и анализ данного явления — одно из наиболее приоритетных. Однако большинство исследовательских работ, посвященных коррупции, указывают на то, что нет универсального определения этого явления и способа борьбы с ним. Решать проблему коррупции возможно только в системном подходе. Государство, если оно заинтересовано в минимизации коррупции, определяет стратегию борьбы с коррупцией и обеспечивает ее законодательно. В 2017году правоохранительные органы выявили более 5-ти тысяч фактов коррупции в крупном и особо крупном размере со стороны чиновников. При этом стереотип безнаказанности нечистых на руку чиновников разрушается (Доклад прокурора Ю.Чайки К П — WWW.kp.ru от 20 04 2018) Однако, парадокс в том,, что в это список часто попадают чиновники, возглавляющие структуры по борьбе с коррупцией. Другие институты, связанные с воспитанием и профессиональной подготовкой личности должны в своей деятельности формировать такие свойства личности, основанные на чести и достоинстве, которые могли бы противостоять «вирусу» коррупции. Для высокопоставленных чиновников немаловажным фактором было бы принесение клятвы (по подобию «Клятвы Гиппократа) служению интересам общества и государству, а не использования служебного места в личных целях.

Список литературы

Аристотель. Политика. СПб. : Азбука, Азбука — Аттикус, 1916. — 352 с.

Вебер, М. Избранные произведения : пер. с нем. / М. Вебер. — М.: Прогресс, 1990. 808 с.

Герцен А.И. О развитии революционных идей в России. Собрание сочинений: в 30 томах. М.: Академия наук СССР, 1956, т. 7, 474С (142с)

Гладких В.И. Коррупция в России: генезис, детерминанты и пути преодоления // Российский следователь. 2001. № 3. 31-36с.

ГоббсТ. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / ТГоббс. — М. : Мысль, 1988. 478 с.

Гуревич А.Я. Ментальность//50 /50 Опыт словаря нового мышления М., 1989 С.454

Даль В.И. Пословицы русского народа.  Издательство: Тип. М.О. Вольфа. Место издания: СПб.-М. Год издания: 1879.1392 с

Журавлев А.Л., Юревич А.В. Психологические факторы коррупции // Психологическая газета: Мы и Мир. 2013. № 2 (197).

Каратуев А.Г. Советская бюрократия (текст) Система политико-экономического господства и ее кризис-(1919-1991). Белгород, (Б И.), 1993 год 370 с.

Макиавелли Н Государь Сочинения // М. 1954. ЭКСМО -Пресс 2001 — 656С стр286.

Миронов Николай Поколение лабутенов и покемонов. Газета «Московский комсомолец. РРЕ» 17 — 24 августа 2016года 4с.

Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1995. С. 321..

Пашута Ольга История коррупция в России 29 Декабря, 2017 FB.ru: http://fb.ru/article/368737/istoriya-korruptsii-v-rossii

Романова К.С Нравственные аспекты современной системы подготовки кадров государственной службы. / Политическая наука и государственная власть в Российской Федерации и Новых независимых Государствах. Екатеринбург: УрО РАН, 2004. 550 с (453 -461). С.459

Российское законодательство X-XX веков // М., 1995. С.181,

Седов П.В. На посуле как на стуле. Из истории российского чиновничества VII в. // Звезда. 1998. № 4. 206-214с

Сюзева Н.В. Культурно-исторические предпосылки формирования коррупционной направленности сознания и способы её преодоления./ Актуальные проблемы научного обеспечения государственной политики Российской Федерации в области противодействия коррупции: сб. тр. По итогам Всерос. науч. конф. / отв. ред.В.Н. Руденко; ред. К.В. Киселев, Е.А.Степанова, В.В. Эмих ; Ин-т философии и права Урал. отд-ния Рос. Акад.наук. Екатеринбург 2014. 468 с(148 -155) с151.

Фишман Л.Г. Движемся ли мы к антикоррупционной системе ценностей?// Актуальные проблемы научного обеспечения государственной политики Российской Федерации в области противодействия коррупции: сб. тр. По итогам Всерос. науч. конф. / отв. ред.В.Н. Руденко; ред. К.В. Киселев, Е.А.Степанова, В.В. Эмих ; Ин-т философии и права Урал. отд-ния Рос. Акад.наук. Екатеринбург, 2014. 468 С. (127 — 134с) . 131 с

List of references

Aristotle. Policy. SPb. : Azbuka, Azbuka — Atticus, 1916. — 352 p.

Weber, M. Selected works : translated from German. / M. Weber. — Moscow: Progress, 1990. 808 p.

Herzen A. I. On the development of revolutionary ideas in Russia. Collected works: in 30 volumes. M.: Academy of Sciences of the USSR, 1956, vol. 7, 474S (142s)

Gladkikh V.I. Corruption in Russia: Genesis, determinants and ways to overcome // Russian investigator. 2001. No. 3. 31-36S.

Hobbes, T. Leviathan, or Matter, form and power of the Church and civil state / T. Hobbes. — M.: Thought, 1988. 478 p.

Dal V.I. Proverbs of the Russian people. Publisher: Type. M.O. Wolf Place of publication: SPb.-M. Year of publication: 1879.1392 s

Zhuravlev A.L., Yurevich A.V. Psychological factors of corruption // Psychological newspaper: We and World. 2013. № 2 (197).

Zhuravlev, A.L. Yurevich, A. V. Psychological factors of corruption. Applied legal psychology. No. 1. 2012. C. 8-21.

Karatuev A.G. the Soviet bureaucracy (text) the system of political and economic domination and its crisis(1919-1991). Belgorod, (bi), 1993 370 p.

Machiavelli N Sovereign Works / / M. 1954. EKSMO -Press, 2001 — 656С стр286.

Martianov V. S. Corruption and class-status rent in Russia/Actual problems of scientific support of the state policy of the Russian Federation in the field of anti-corruption: sat.Tr. On the results of the Second vseros. scientific. Conf. / OTV. edited by V. N. Rudenko; ed. by K. V. Kiselev, E. A. Stepanova, V. V. Emikh ; Institute of philosophy and law, Ural. otd-nia Grew. Akad.sciences’. Ekaterinburg:2016,416 (31-48) p. 35.

Mironov Nikolay Generation of louboutins and pokemon. Newspaper » Moskovsky Komsomolets. RRE» 17 — 24 August 2016goda 4C.

Montesquieu sh. Selected works. M., 1995. P. 321..

Pachuta Olga History of corruption in Russia is December 29, 2017 FB.ru: http://fb.ru/article/368737/istoriya-korruptsii-v-rossii

Romanova K. S. Moral aspects of the modern system of public service personnel training. / Political science and state power in the Russian Federation and New independent States. Ekaterinburg: Uro RAS, 2004. 550 sec (453 -461). S. 459

Russian law Xxx centuries // M., 1995. S. 181,

Sedov PV on the promise as a chair. From the history of Russian officials VII. / / Star. 1998. No. 4. 206-214s

Syuzeva N. In. Cultural-historical preconditions of formation of corruption consciousness and ways of its overcoming./ Actual problems of scientific support of the state policy of the Russian Federation in the field of anti-corruption: sat.Tr. According to the results of all-Russia. scientific. Conf. / OTV. edited by V. N. Rudenko; ed. by K. V. Kiselev, E. A. Stepanova, V. V. Emikh ; Institute of philosophy and law, Ural. otd-nia Grew. Akad.sciences’. Ekaterinburg 2014. 468(148 -155) с151.

Fishman L. G. are we Moving towards an anti-corruption value system?// Actual problems of scientific support of the state policy of the Russian Federation in the field of anti-corruption: sat.Tr. According to the results of all-Russia. scientific. Conf. / OTV. edited by V. N. Rudenko; ed. by K. V. Kiselev, E. A. Stepanova, V. V. Emikh ; Institute of philosophy and law, Ural. otd-nia Grew. Akad.sciences’. Ekaterinburg, 2014. 468 P. (127 — 134s). One hundred thirty one